Домонгольские соседи: Софийский собор в Киеве

Наверное, ни один из сохранившихся храмов Древней Руси не вызывает такого количества споров у исследователей, как киевский Софийский собор. Дело в том, что совершенно не ясно, когда он построен – и считать ли его первым из сохранившихся древнерусских храмов.

Вопрос времени

Большинство экскурсоводов твердо скажут: храм поставлен в 1037 году, под этим годом киевский летописец в «Повести временных лет» сообщает: «В лето 6545… Заложи Ярослав город Великий, у него же града суть Златые врата, заложи же и церковь святые Софья, митрополью, и по семь церковь на Золотых воротех святыя Богородица Благовещенье по семь святаго Георгия манастырь и святыя Ирины».

План Софийского собора

Кстати, несохранившиеся храмы Георгия и Ирины – это Ярослав в честь себя, любимого, и супруги. Ярослав Владимирович в крещении был Георгием, а его супруга, дочь шведского конунга Олава Шётконунга, по имени Ингигерд, в крещении стала Ириной. Золотые ворота дошли в руинах, о них и их «реставрации» мы еще поговорим, остатки «именных» церквей нашли археологи, а Киевская София стоит и по сей день.

Стоит отметить, что как раз с летописями вышла некоторая путаница. Во-первых, статья 1037 г. – сводная.  Так часто бывает в летописях: просто под этим годом в летопись оказался вставлен общий итог строительной деятельности Ярослава. Естественно, все эти храмы одновременно поставить было невозможно. 

Реконструкция Софии Киевской на украинской купюре в две гривны

Другая летопись, Новгородская Первая, сообщает, что Софию заложили в 1017 году. Копья историков ломаются по сей день, оставляя простор для датировки здания экскурсоводами. Одни склоняются к более ранней дате постройки, основываясь на сообщении Новгородской летописи и граффити на стене Софии с датой 1032 год и на некоторых других исторических данных, другие – на дату после 1037 года. Татьяна Никитенко из Софийского музея-заповедника так и вообще многие годы отстаивала дату 1011 год, настаивала, что храм был завершен еще при жизни Владимира и его супруги Анны, и постоянно находила новые аргументы (включая странное граффито на стене храма). Тем не менее, вряд ли такое мощное сооружение, которое, безусловно, строилось не один год и потребовало множество ресурсов, было выстроено во время борьбы Ярослава Мудрого за власть в Киеве – сначала со Святополком Окаянным, затем – с Мстиславом. 

Граффито «6540 ї 1»

Согласно статье российского исследователя граффити  Саввы Михеева (Археологiя. Киïв, 2011. 3. С. 53–57.), верхняя граница времени постройки храма устанавливается так: «на сухой фресковой штукатурке на сцене «охота всадников на тарпана» на южной стене южной лестничной башни Софии (около 159 см от пола) имеется греческое пятистрочное граффито, публикованное недавно А. А. Евдокимовой под номером 51. В трех первых строках надписи находим молитвенное обращение, четвертая строка читается фрагментарно, а завершается граффито датой, которая занимает пятую строку: [V] φmζ, то есть [6]547 (Евдокимова 2008, с. 493—494, 516, ил. 51) 6. Эта надпись могла быть нанесена между сентябрем 1038 и августом 1039 года, из чего следует, что к августу 1039 года Софийский собор был достроен и (по крайней мере, частично) расписан».

В принципе, можно согласиться и с выводом этой статьи: «Итак, София Киевская была построена в промежутке между серединой 1020-х и концом 1030-х годов, то есть между окончанием войны Ярослава с его братом Мстиславом и временем создания греческой надписи с датой «6547» в южной лестничной башне собора. Если принять точку зрения об отсутствии каких-либо значительных перерывов в ходе строительства храма, то следует признать, что строительство храма велось либо с середины 1020-х по примерно первую половину 1030-х гг., либо в течение 1030-х гг. В первом случае граффито № 2 с датой «6541»  (1032 год – прим. РД) следует воспринимать как созданное в 6541 году, а во втором случае — как ретроспективное».

Русский «Царьград»

Разумеется, заказчик храма ориентировался на Константинополь. «Чудо света», София Константинопольская была знаменита на весь мир. Тогда вокруг не было минаретов, и она была главным собором христианского мира (напомним, что и официальная схизма – раскол на Западную и Восточную христианские церкви произошел только в год смерти Ярослава Мудрого – 1054-й). В итоге и на Руси получилось нечто грандиозное. Пятинефный храм с двумя рядами галерей (де факто — девятинефный), с мозаиками, выложенными греческими мастерами (самая знаменитая из них – Богоматерь Оранта, встречающая вошедшего в храм, нынче затаскана в качестве рекламного плаката национальной страховой компании Украины)…

Интерьер храма

И при всем при этом вся София без галерей могла бы поместиться под центральным куполом Софии Константинопольской. Но для страны, в которой официальному христианству не было еще и полувека, постройка Ярослава впечатляла. Писали, что София «о полутретьядцати версех». Это означает, что у собора было 25 глав.

Мозаика Оранты

Великий иерей. Мозаика

Благовещение. Мозаика храма

Нашествие Батыя пощадило храм (татаро-монголы вообще рушили церкви только в том случае, если они служили очагами сопротивления, и потом быстро нашли общий язык с духовенством). Но сам Киев утратил свое значение, и к XVI в. София обветшала и богослужения в ней прекратились.

Современный вид храма с востока

Вид с колокольни. Фото Алексея Паевского (2004 год)

Ремонт сохранил внутренние объемы собора, однако оформил внешние формы в стиле украинского барокко. Не стоит возмущаться тем, что его отремонтировали и исказили внешний вид: судя по рисункам голландца Абрагама ван Вестерфельда 1651 года, собор находился в плачевном состоянии.

Рисунок Абрахама Вестерфельда

Рисунок Абрахама Вестерфельда

Рисунок Абрахама Вестерфельда

Музей

Сейчас собор – не действующий и работает как музей. Поэтому можно спокойно посмотреть многие уникальные объекты, сохранившиеся в нем. Разумеется, одна из важнейших сохранившихся ценностей в соборе – это его мозаики и фрески. Мозаика – это византийская техника выкладывания изображения кубиками смальты – особого цветного стекла. В отличие от фресок, краски мозаики не тускнеют со временем, и поэтому самые важные изображения выкладывали именно так. Но на Руси с развитием собственных мастеров техника мозаики как-то не прижилась.

Фрески Софии имеют не только художественное, но и историческое значение. Особенно фрески в лестничных башнях, ведущих на хоры («второй этаж»). Фрески лестничных башен не религиозные, а светские. Там изображены охота, музыканты (по этой фреске удалось установить, как выглядели некоторые музыкальные инструменты того времени, например миниатюрный орган), а также иллюстрирован весьма ранний эпизод христианской истории Руси – визит княгини Ольги в Константинополь и ее крещение.

Скоморохи. Фреска Софии Киевской

Здесь был Вася Ставр Годинович

Не меньшую важность представляет собой то, что в наше время назвали бы хулиганством.

Дело в том, что по штукатурке фресок очень удобно было процарапывать надписи и рисунки. Сейчас за это вам оторвут руки смотрители музея, но древним хулиганам они очень благодарны. По исследованиям до 1985 г., из 208 надписей (без учета рисунков и непонятных надписей) 130 надписей — молитвенных, 10 — поминальных, 10 — отрывков религиозных текстов, 11 — летописных записей, 25 автографов, 10 бытовых и даже одна купчая! Сейчас же корпус граффити Софии Киевской включает в себя гораздо больше текстов. Интересны граффити на глаголице, на армянском языке или клетки, в которые вписана кириллическая азбука, несколько отличающаяся от привычной. Есть там и рисунки, сделанные, видимо, со скуки на службе. Оставлены на стенах Софии и автографы исторических персонажей. Например, боярина Ставра Годиновича, известного нам по былине, а также малолетнего князя Святополка Изяславича с молитвой о его матери Олисаве. А вот пример чисто летописной записи: «Месяца декабря сотвориша мир на Желяни Святополк, Володимер и Олег». Есть на стенах граффити и сообщения исключительной важности. Например, вот такая запись на третьем от алтаря южном крещатом столбе:

ВЪ 6562 М(ЕСЯ)ЦА ФЕВРАРИ 20 УСЪПЕНЕ Ц(А)РЯ НАШ(Е)ГО ВЪ ВЪ(СКРЬСЕНЬЕ?) В (Н)ЕДЕ(ЛЮ) (МУ)Ч(ЕНИКА) ФЕОДОРА


Это — запись о смерти строителя собора, Ярослава Мудрого. Говоря журналистским языком — «новость дня».

В Софийском соборе Ярослава и похоронили. Судя по всему, для своего захоронения киевский князь попросту прихватил из Херсонеса (Корсуня) гробницу святого Климента Римского. В январе 1939 г. гробницу вскрыли. В ней обнаружили останки мужчины 60-70 лет, женщины 50-60 лет и несколько костей трехлетнего ребенка. Тогда же антрополог Михаил Герасимов воссоздал и облик князя.

Саркофаг Ярослава Мудрого

Портрет Ярослава Мудрого

Вообще в соборе было пять княжеских захоронений: помимо Ярослава Мудрого, в нем упокоились его сын Всеволод (умер в 1093), а также Всевододовичи: Ростислав Всеволодович (1093), Владимир Всеволодович Мономах (1125) и Вячеслав Владимирович (1054). От Мономаха, кажется, дошел до наших дней еще один саркофаг. Пустой и без крышки.

Возможный саркофаг Владимира Мономаха

Портрет заказчика

С семьей Ярослава Мудрого связан и еще один любопытный объект в киевской Софии. На одной из фресок можно увидеть четыре женские фигуры в платочках, со свечами в руках. Некоторые экскурсоводы и сейчас могут вам сказать: это фреска XI в., на которой изображены Вера, Надежда, Любовь и мать их Софья. Не верьте этим людям!

Фреска «Веры, Надежды, Любови и Софьи»

Пролить свет на эту загадку нам помогут те же рисунки Вестерфельда и современные исследования. Выяснилось, что это – всего лишь фрагмент так называемой ктиторской фрески, располагавшейся на трех стенах. Ктитор – создатель храма. Так вот: на фреске была изображена вся семья Ярослава Мудрого (включая женскую часть – супругу и дочерей), Владимир и Ольга, а также Христос, пред которым предстояли все фигуры, а Ярослав, к тому же, подносил Христу модель Софийского храма. Оказалось, что в XIX в., при «реставрации», художник, недолго думая, превратил четыре сохранившиеся фигуры княжичей в женщин-святых, княжеские шапки превратил в белые платочки, а в руки сыновей Ярослава Мудрого всунул по свечке. В те времена над достоверностью особо не задумывались. 

Рисунок Вестерфельда

Подтвердило правоту исследователей и изучение фрески в ультрафиолетовых и рентгеновских лучах: фотографируя сохранившиеся фрагменты таким образом, исследователи ясно увидели записанное горе-реставраторами изображение.


Текст: Алексей Паевский

Следить за публикациями на портале можно в наших группах в FacebookВКонтакте и в Одноклассниках, а также на канале в Telegram. Кроме этого, у нас есть свой аккаунт в Instagram.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *