Церковь Святого князя Владимира в Старых Садех

История самого первого (а до 1902 года — и единственного) московского храма во имя легендарного крестителя Руси святого равноапостольного князя Владимира началась еще в первой четверти XV века. Великолепные сады загородного княжеского двора Василия I, миланский архитектор Алозио да Карезано, полная перестройка в XVII веке, прихожане из древних дворянских родов, современная научная реставрация — «Российские древности» отправились изучать летопись старинной церкви.

Церковь высится на бровке некогда протекавшей здесь реки Рачки.Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Храм во имя святого равноапостольного князя Владимира в Старых Садех расположен на Ивановской горке — одном из древних московских холмов. Местность, некогда входившая в черту Белого города, до наших дней сохранила рельеф средневекового ландшафта, сформированного течением ныне не существующей реки Рачки — правого притока Яузы и левого притока Москвы-реки. Храм как раз стоит на высокой бровке Рачки. В XV веке здесь по приказу великого князя Василия I, старшего сына Дмитрия Донского, был выстроен летний загородный дворец, который окружали роскошные сады, разбитые на склонах холма. Когда именно в княжеских владениях появилась деревянная церковь во имя Святого Владимира — точно неизвестно. Во второй и третьей духовных грамотах Василия I, составленных в июле 1417 года и марте 1423 года, упомянут «новой двор за городом у святого Володимера». Между тем, в первой духовной грамоте князя от 1406-1407 года такого упоминания нет. Иными словами, период строительства церкви можно ограничить 1407 и 1417 годами. Искусствовед, специалист по древнерусской архитектуре Алексей Леонидович Баталов считает, что редкое для Москвы основание церкви во имя святого равноапостольного князя Владимира связано, скорее всего с «великокняжеским замыслом посвятить его равноапостольному сроднику, святому прародителю великокняжеского московского рода». Интересно, что один из престолов церкви посвящен святым Кирику и Иулитте: впервые об этом упоминается в документах 1613-1614 годов. Баталов полагает, что придел мог существовать и в более древнем храме, отмечая его значение: память этих святых празднуется в один день со святым Владимиром; соединение в одной церкви подобных престолов обычно происходило при обетном строительстве, когда донатор устраивал отдельные престолы святым, память которых совершалась в день важного для него события.

Главы и апсиды. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Новый, четко зафиксированный в документах, храм во имя святого Владимира был выстроен уже во времена правления правнука Василия I— Василия III. В 1514 году, «тоя же весны», как сообщал летописец, «благоверный и христолюбивый князь Василей. . . со многим желанием и верою повеле заложити и делати церкви каменныя и кирпичныя на Москве».

Василий III на гравюре Андре Теве

В великокняжескую программу строительства вошли 11 храмов, что для начала XV столетия было беспрецедентным по масштабу случаем обустройства города. Подобный размах можно было сравнить лишь с кардинальной перестройкой Кремля Иваном III— отцом Василия III. В списке из 11 храмов фигурировала и «церковь Володимер святый в садех». Отметим, как изменился топоним в названии церкви: от «нового двора за городом» до «в садех». Дело в том, что еще Иван IIIрасширил великокняжеские владения с садами до района современного Воронцова поля, где был построен новый загородный двор. Со временем резиденция на Ивановской горке утратит свое значение, а топоним «Сады» приобретет еще и прилагательное «старые». 

Итак, выстроенная из кирпича церковь «Володимер святый в садех» была освящена 3 февраля 1516 года. В течение многих лет исследователи полагали, что под именем Алевиза Фрязина, выстроившего ее и остальные церкви из списка Василия III, фигурировал Алевиз Новый (полное имя которого весьма предположительно Алоизио Ламберти да Монтиньяна) — зодчий Архангельского собора и церкви Рождества Иоанна Предтечи в Кремле. Однако и искусствовед, специалист по древнерусской архитектуре Сергей Петрович Выголов (1929-1995), и историк архитектуры, архитектор-реставратор, автор фундаментального учебника по реставрации памятников архитектуры Сергей Сергеевич Подъяпольский (1928-2002) определили, что Алевизом Фрязиным из летописного источника был пьемонтец Алозио да Карезано, которому Василий III в 1499 году поручил строительство нового великокняжеского дворца в Кремле и каменной стены от него до Боровицкой башни, а  также в 1508 году — сооружение рва вокруг Кремля и инженерные работы, связанные с плотинами и мостом на реке Неглинной.

Как выглядел этот выстроенный итальянским зодчим храм — неизвестно. Принято считать, что был он бесстолпным, одноглавым, перекрытым крещатым сводом; фасады завершались трехлопастными арками-трефолиями, отделенными от нижних частей антаблементом.

При сыне Василия III — Иване Грозном территория древней и на тот момент уже давно не функционировавшей великокняжеской резиденции (так, Баталов считает, что в конце XV века «хоромного» строения в великокняжеской усадьбе, вероятнее всего, не было) вошла в земщину. В конце XVI века Старые Сады оказались в черте Белого города, где активно начала строиться выселенная из опричных земель знать. В начале XVII века церковь во имя Святого Владимира превратилась в приходскую, вокруг нее образовался погост. Согласно выписке из «Строельной 7165 (1657 — прим. «РД») года в царствование Царя Алексея Михайловича книге Кремля, Китая, Белого и Земляного городов», «под церковью земли и кладбище длиннику по улице, что ото рву 33 сажени, по другой стороне 23 1/2 сажени, поперег, подле диаконовского двора 19 сажень, в другом поперечнике по сторонам дьяковского двора в узком месте кладбище ж 8 сажень. И то кладбище в длину пространно, а в поперечнике тесно…». Через некоторое время кладбище было расширено за счет перенесения дворов служителей и по царскому указу огорожено глухим забором. 

Церковь в 1882 году. Фотография из альбома Н.А. Найденова «Москва. Соборы, монастыри, церкви. Белый город»

Во второй же половине XVII века церковь перестроили. Точная дата реконструкции не определена. В документах фигурируют лишь: 1677 год —освящение придела Кирика и Иулитты; 1688 год — благословление храма патриархом Иоакимом, принесшим сюда образ Владимирской Божией матери; 1689 год — освящение придела мучеников Бориса и Глеба, на котором присутствовала царевна Софья. («В 1688 году, октября 6, св. Патриарх благословил церкви Благоверного кн. Владимира, что в Садех, попа Фому образом пресв. Богородицы на краске, — приходил с именинным пирогом» — из документов Патриаршего Казенного приказа.

Житийная икона Кирика и Улиты, раннехристианских мучеников. Ок. 1600 г.

«14 июля она (царевна Софья — прим. «РД») одна ходила в церковь св. Владимира, что в Садех, 15 июля в самый праздник св. Владимира она одна изволила быть в той же церкви на освящении и у обедни» — писал И.Е. Забелин в «Домашнем быте русских цариц в XVI и XVII столетиях»). Есть основанная на анализе стилистических особенностей архитектуры и декора здания версия: реконструкция была задумана в середине XVII века и растянулась из-за длительных перерывов на несколько десятилетий, до конца 1680-х. 

Церковь величественно замыкает перспективу улицы Забелина. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Причина перестройки и новые храмоздатели также неизвестны. Исследователи полагают, что храм мог быть перестроен в рамках каменного строительства, которое в то время вели жившие в местном приходе бояре, представители служилых сословий. Некоторые на свои средства устраивали и содержали в приходских храмах фамильные, «домовые», приделы, куда часто устраивали отдельный вход. И скорее всего, придел Бориса и Глеба в церкви во имя Святого Владимира был домовым и ружным для Вердеревских — представителей древнего, из бояр, рода, одного из самых знатных в Рязанском княжестве. В начале XVI века Вердеревские владели поместьями в Рязанском крае и состояли воеводами, стольниками, думными дворянами. В XVII веке шесть человек из этой семьи служили стольниками при царях Иване и Петре Алексеевичах. И в «реченном приделе князей Бориса и Глеба … роду Вердеревских многия» были погребены. В стене придела сохранилась могильная плита с надписью: «Лета 7134 (1626 —  прим. «РД») против двадесятого числа в четвертом часу нощи, изволением всесильного бога, думный дворянин Василий Петрович Вердеревский преселися от сего маловременного жития в некончаемые веки, а тело его погребено на сем месте». Судя по дате кончины, могильный камень перенесли из старой церкви. Затем в приделе были похоронены: стольник и сын стольника Федор Петрович Вердеревский («и погребен против сей таблицы»), от которого в приделе «дано было вкладу денег тысяча семьсот рублев и многое число всякой церковной утвари»; его мать Евдокия Андреевна, первая жена «Акилина Ларивонова , сестра Параскева Петровна (жена князя Ивана Даниловича Великогагина, комнатного стольника у малолетнего царя Петра Алексеевича, участника Азовского похода, погибшего потом под Нарвой). «На сем месте» также упокоилось несколько представителей древнего дворянского рода Нестеровых. В стену палатки (паперти) были вставлены надгробные доски двух младенцев из дворянской семьи Хрущовых. Одно из погребений жившего в приходе храма во имя Святого Владимира человека даже удостоилось упоминания в документах Патриаршего Казенного приказа. «В 1691 г., октября 26, св. Патриарх ходил к церкви Св. Благоверного кн. Владимира, что в Садех, на погребение тела кн. Владимира, княж Феодулова сына, Волконского, и дорогою нищим поручно рубль дано». Князь Владимир Федулович Волконский — Рюрикович, сын стольника и окольничего Федула Федоровича Волконского. Вполне вероятно, что наряду с Вердеревскими, и Нестеровы, и Хрущовы, и Волконские могли спонсировать реконструкцию и обустройство храма.

В стенах северного придела сохранились надгробные плиты. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

В стенах северного придела сохранились надгробные плиты. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Еще один неустановленный момент в истории церкви во имя Святого Владимира — имена зодчих, строивших его в XVII веке. Но вот что интересно. Неподалеку от храма находится особняк городской усадьбы Н.А. Сумарокова — Н. А. Тюляевой (улица Забелина, дом 3). Он был выстроен на основе палат XVII века, от которых на левом торце здания остались два наличника с декором «елочка». Такую же «елочку» можно увидеть и на одном из фасадов храма, что позволяет исследователям предполагать: на строительстве обоих зданий работала одна артель мастеров. При этом, в связи с длительностью строительства, в разные периоды могли работать разные мастера.

Основной пятиглавый объем с тремя апсидами, придел Бориса и Глеба с одной апсидой, колокольня. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Итак, в XVII веке храм приобрел сложную ассиметричную композицию: основной пятиглавый объем с тремя апсидами и открытым южным крыльцом; западный притвор с небольшим южным приделом Кирика и Иулитты; увенчанный небольшой центральной главой северный теплый придел Бориса и Глеба с одной апсидой и трапезной; колокольня, возведенная над северо-западным углом трапезной. Фасады придела Бориса и Глеба украсили кокошники, окна — нарядные наличники, а барабаны всех пяти глав — декоративные элементы в виде переплетающихся жгутов. Идентичный декор глав был у церкви Космы и Дамиана в Нижних Садовниках, возведенной в 1657 году (снесена в 1932 году). 

Реконструкция облика церкви в рамках проекта «Пространственная реконструкция исторического ландшафта Белого города Москвы XVI-XVIII веков с использованием современных технологий». Иллюстрации с сайта проекта landscape.vrmsu.ru

Реконструкция облика церкви в рамках проекта «Пространственная реконструкция исторического ландшафта Белого города Москвы XVI-XVIII веков с использованием современных технологий». Иллюстрации с сайта проекта landscape.vrmsu.ru

Реконструкция облика церкви в рамках проекта «Пространственная реконструкция исторического ландшафта Белого города Москвы XVI-XVII Iвеков с использованием современных технологий». Иллюстрации с сайта проекта landscape.vrmsu.ru

В статье Википедии, посвященной церкви во имя Святого Владимира, можно прочитать: «Храм разобрали до нижнего яруса стен и выстроили заново, с приделами и многоярусной колокольней. В итоге от храма работы Алевиза Нового сохранились только нижняя часть стен и южный портал». Утверждение это кочует из одной популярной статьи в другую. Однако еще во время реставрационных работ 1973-1985 годов следов древнего здания в составе постройки обнаружено не было.

Вот что написал архитектор-реставратор Георгий Константинович Игнатьев в научном отчете о реставрации храма. «Портал, которые многие исследователи считали бесспорным элементом алевизовского здания … скорее всего повторяет формы порталов XVI в. и, возможно, включает белокаменные детали —характерные капители колонок — от портала древней постройки. Возможно также, что и поясок арочек под карнизом апсид и необычной формы ниши в пилонах алтарной преграды, не характерные для памятников середины 2-й половины XVII в., есть также детали, повторенные на новом храме в память о древнем, славном своей историей».

 
Церковь на открытке начала ХХ века.

Далее в летописи храма был Троицкий — то есть случившийся на праздник святой Троицы 29 мая (9 июня) 1737 года — пожар, уничтоживший около четверти городской застройки. После пожара вдова (вторая жена) упоминавшегося выше стольника Федора Петровича Вердеревского — Татьяна Федоровна Вердеревская подала императрице Анне Иоанновне челобитную, в которой сообщала, что «как кровля, так и внутри оных церквей (приделов — прим. «РД»)иконостасс святыми иконами, и всякая церковная утварь без остатку згорело» и просила разрешить ей «от своего иждивения» восстановить придел Бориса и Глеба. Просьбу Вердеревской удовлетворили, разрешив ей «как внутри, так и кровлю на оном приделе вновь построить и построя убрать святыми иконами и прочим церковным благолепием по подобающим против протчих святых церквей». Меньше, чем через год, 1 февраля 1738 года восстановленный придел был освящен.

Надгробная плита внутри придела Бориса и Глеба. 

Основание колокольни в северо-западном углу трапезной придела Бориса и Глеба.Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Так же на средства прихожан осуществлялись ремонты в 1748 года (после пожара) и 1789 года (после бури), а также в 1794 году «исправления» икон и украшение храма «стенным писанием». В конце XVIII века была перестроена колокольня: первоначальный четверик с изразцовым декором вместо предположительно шатра (изображения до реконструкции не найдены) имел теперь завершение в духе классицизма.

До 1812 года при церкви был обширный некрополь. Сейчас о нем напоминают лишь несколько древних надгробных камней, лежащих во дворе.Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Надгробие. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Во время пожара 1812 года внутренне убранство церкви практически не пострадало, сгорела лишь крыша. Однако из-за того, что многие прихожане и священнослужители церкви лишились своих домов, ее приписали к церкви мучеников Космы и Дамиана на Покровке, а затем — к церкви Ивановского монастыря. В Московской духовной консистории церковь Святого Владимира, лишившуюся прихода, даже хотели разобрать как ненужную. И вновь именитые прихожане помогли храму: действительный статский советник Волынский писал прошения и жертвовал деньги на возрождение храма, титулярная советница Волкова своим коштом» восстанавливала придел Кирика и Иулитты.

На фотографии из альбома Н.А. Найденова «Москва. Соборы, монастыри, церкви. Белый город» 1882 года видно, что к храму пристроено западное крыльцо, повторяющее формы южного, но неудачно перекрывшее первоначальный пояс ширинок с изразцами.

Изразцы в ложных закомарах придела. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Поливной полихромный изразец на фасаде западного крыльца. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Летом 1888 года храм Святого Владимира стал главным «героем» празднования 900-летия крещения Руси. По окончании литургии от храма отправился крестный ход в Кремль. 

После революции храм действовал до 1932 года, пока его не решили передать в ведение ОГПУ. При этом сектор науки Народного комиссариата просвещения попытался хоть как-то спасти «выдающийся памятник архитектуры постройки знаменитого итальянского архитектора Алевизо». Поэтому запретил работы, которые могли бы исказить облик памятника, то есть снимать главы и кресты, растесывать и пробивать новые оконные и дверные проемы и т.д. Однако в 1937 году барабаны с главами и крестами были разобраны.

Вид с юга на церковь, лишенную глав. Фотография сделана до начала реставрации в 1970-х.

Перед этим архитектор Георгий Васильевич Севан из архитектурной мастерской Жолтовского успел произвести обмер памятника. В 1948 году здание передали Государственной публичной исторической библиотеке, располагавшейся в том же Старосадском переулке.  И снова храм чуть не снесли, чтобы освободить место для нового корпуса библиотеки. Однако этого по счастью не произошло, и в древней церкви разместили резервный книжный фонд, установив высокие многоярусные стеллажи. В 1980 году пожар повредил остатки росписей на сводах и стенах.

Наличник окна южного фасада. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

Оформление портала западного крыльца. Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

В период длительной реставрации храма были воссозданы по старым фотографиям и обмерам главы и кокошники; восстановлены наличники, частично стесанные в XVIII веке в процессе расширения оконных проемов; воссозданы и восстановлены рельефные поливные изразцы второй половины XVII века; восстановлены первоначальные оконные проемы с лучковыми и прямыми перемычкам, оконные решетки; отреставрированы порталы.

Наличник с декором «елочка». Фото Александры Шапиро, июль 2020 года

В 1991 году. после длительного перерыва, в отреставрированном храме состоялась первая литургия. В 1998 году возобновились богослужения в приделе Бориса и Глеба.

Текст: Алекандра Шапиро

Следить за публикациями на портале можно в наших группах в FacebookВКонтакте и в Одноклассниках, а также на канале в Telegram. Кроме этого, у нас есть свой аккаунт в Instagram и канал в Яндекс-Дзен.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *